В первый том сочинений английского философа и писателя Ника Ланда вошли ранние, более или менее выдержанные в академическом стиле работы. Но, продвигаясь от одной статьи к другой, мы видим, как «более» обращается в «менее»: Ланд начинает использовать академическую оболочку научной статьи, чтобы едко критиковать, а то и насмехаться над «академичностью» как таковой. Часть статей этого тома посвящена развенчанию критической философии Иммануила Канта, влияние которой Ланд видит в «разумной» сдержанности, протестантской дисциплинированности и зубодробительной скучности академических практик. Чтобы окончательно выпотрошить остатки кантианства, Ланд заручается поддержкой Ницше, Тракля, Чорана и Батая, которые взывают к либидинальности, луне, волкам и крысам, мысля иное мученичество — против себя, ставя себя на кон и относясь к себе как к избытку, растрачивая и разрушая. Несмотря на выбранный формат историко‑философского комментария, Ланд мыслит «вместе» с этими мыслителями: их идеи, озарения, концепции не составляют предмет исследования. И Ницше, и Тракль, и Чоран, и Батай для Ланда — концептуальные персонажи, аватары выхода из философии. Они не убеждают, но заражают, прокусывая до кости.
- / Автор
- / Редактор
- / Персоналия
- / Персоналия
